26 апреля - День чернобыльской трагедии

26 апреля - эта дата стала особой не только для граждан Украины, Беларуси, России, но и для всего мира. Все цивилизованное человечество в этот день вспоминает о событиях на Чернобыльской АЭС, о тех, кто, не жалея жизни и здоровья, встал на борьбу с радиационной стихией. (Украина), 26 апреля 1986 года на Чернобыльской атомной электростанции в плановом режиме выключили реактор на 20 секунд. Это была обычная проверка электрооборудования. Однако, спустя несколько секунд в результате резкого скачка напряжения произошел химический взрыв, в результате которого в атмосферу было выброшено около 520 опасных радионуклидов. Взрыв был настолько мощным, что загрязнение распространилось на значительные участки территории Советского Союза.

По официальным данным, сразу же после катастрофы погиб 31 человек. Радиоактивному облучению подверглись почти 8 с половиной миллионов жителей Беларуси, Украины и России. Сельскохозяйственные угодья площадью почти 52 тысяч кв.км подверглись загрязнению цезием-137 и стронцием-90 с периодом полураспада в 30 и 28 лет, соответственно. Более 400 тысяч человек были переселены.

Ликвидация последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС была мероприятием не только государственной, но и международной важности. … В общей сложности на ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы работали примерно 600 тысяч человек.

Альметьевцы тоже принимали активное участие в ликвидации последствий аварии. С одним из ликвидаторов накануне пообщались журналисты.

Николай Фролов проживает в поселке ж/д ст Калейкино. Он уже много лет находится на заслуженном отдыхе. Николая Ивановича Фролова призвали в Чернобыль в 1988 году. Тогда ему было уже более сорока лет. На два месяца ему пришлось оставить дома жену и двоих детей. Вспоминает он об этом редко, но тут уж пришлось окунуться в прошлое и восстановить картину происходящих событий.

Журналисты: Николай Иванович, как вы восприняли новость о том, что вам придется ехать в Чернобыль?

- В то время лишних вопросов не задавали. Мы воспитывались не в нынешней, в совершенно другой стране. Тогда нам был присущ патриотизм. Надо, так надо. Все произошло очень быстро. Утром нам сообщили, что отправляемся в Чернобыль, а вечером уже увезли. Когда мы ехали к Чернобылю, мы останавливались на многих полустанках, и никто не спрыгнул с поезда, не спрятался, не ушел от ответственности. Мы прекрасно знали, что приуменьшались масштабы катастрофы и замалчивались размеры беды, но нас это не пугало. Я работал шофером, а потому попал в автоколонну. Наша задача заключалась в том, чтобы обеспечить бесперебойный полив асфальтовых дорог. Жара стояла страшная. Все время хотелось пить, но в зоне риска этого делать было нельзя. Целыми днями проводил за рулем. Вот сейчас даже вспомнить не могу тех, с кем пришлось работать рука об руку. А все потому, что времени не было нам пообщаться. Два месяца пролетели как два дня.

Журналисты: Страшно было, все- таки радиация – это невидимый враг и очень опасный?

- Я попал в Чернобыль спустя два года. Нам говорили, что радиации там не осталось, и никакой опасности для нас нет. Это конечно была неправда. Дозы облучения в динамике никто не отслеживал. Людей на радиацию вообще не проверяли. Контроль лишь над радиацией машин вели ежедневно, но приборы, которыми измеряли наши машины, не отражали реальную картину. ЗИЛы, на которых мы работали, находились на этой территории изначально и были просто пропитаны радиацией. Иногда прибор показывал уровень в «норме», а иногда уровень превышал в несколько раз. Участок дороги, закреплённый за мной, находился лишь в километре от станции. Это предельная близость. Но тогда об этом не думали и смерти не боялись. Сколько суждено прожить, столько и проживешь.

Журналисты: А вы в Припять ездили?

- Мы в километре от этого городка работали. Нам провели экскурсию. Жуткое зрелище, скажу я вам! Город-призрак с заброшенной инфраструктурой, разграбленный мародёрами, хотя когда то численность населения составляла 47 с половиной тысяч человек, более 25 национальностей.

Журналисты: Как эта командировка отразилась на вашем здоровье?

- По приезду были небольшие проблемы с внутренними органами. Пришлось месяц полежать в больнице. Больше всего радиации скопилось в сапогах. Я их не сразу выбросил, а надо было. Все сказалось на моих ногах. Они сильно болели, распухли. Когда я сапоги сжег, со временем все опять пришло в норму. На зрение радиация повлияла. Уже через месяц пришлось в оптику идти и заказывать себе первые в жизни очки. Когда покидал Чернобыль, считалось, что я получил дозу меньше допустимых значений. Но сейчас ученые утверждают, что "нормы" облучения быть не может вообще и даже маленькая доза опасна для организма. Из нашего поселка много людей отправили и у всех, потом возникли серьезные проблемы со здоровьем. Многих уже нет в живых.

Горько осознавать, что с каждым днём этих героев становится все меньше. Подвиг, который осуществили ликвидаторы аварии на Чернобыльской АЭС, никогда не будет забыт.

В самое ближайшее время сюжет о Николае Ивановиче смотрите на канала РЕН-ТВ

Наталья Андреева
Пресс-служба Главы АМР